» » От эйфории к торговым войнам
Опубликовано : 14-01-2019, 06:05 | Категория: Новости » От эйфории к торговым войнам



От эйфории к торговым войнам

Начало 2018-го для мировой экономики было исключительно оптимистичным. Однако к концу года радость поубавилась, и сейчас стало понятно, что новый 2019-й, скорее всего, будет тяжёлым. Для России главными темами, как и в 2018-м, будут санкции и нефть.

США — эйфория на фондовом рынке

В начале 2018-го рост американской экономики ускорился, фондовый рынок рос, в особенности выдающиеся результаты показывали компании высокотехнологичного сектора, так называемые FAANG — Facebook, Amazon.com, Apple, Netflix, Google.

От эйфории к торговым войнам

FAANG уже успела потерять одну «А» — Apple по стоимости на бирже обошла Microsoft. Но технооптимистов это не останавливает.

По сути, техноэйфория на рынке началась ещё в 2017-м, но тогда героями были криптовалюты — биткоин почти достиг в конце 2017-го отметки в 20 тыс. долларов. В начале 2018 года криптопузырь подсдулся, хотя и не лопнул, а горячие деньги переместились в сектор FAANG.

Происхождение этих самых горячих денег загадкой не является. Это налоговая реформа Трампа, осуществлённая в конце 2017-го в интересах крупных корпораций. Американская экономика в период проведения налоговой реформы была близка к перегреву (почти полная занятость и некоторое усиление инфляции). В таких условиях снижения налогов не проводят. Это отход от классической контрциклической фискальной политики. Фактически впервые в американской истории произошло огромное фискальное стимулирование экономики не на фоне рецессии или какой-то ещё катастрофы, а в ситуации, когда все очень даже неплохо, безработица исключительно низкая, а акции — в «бычьем» рынке с 2009 года, стоимость активов завышена.

Зачем это было нужно? Продление фазы экономического роста на год-два за счёт увеличения госдолга, что позволило республиканцам получить относительно приличные результаты на выборах в Конгресс в ноябре. Проблем неравенства, поляризации общества, негативных эффектов глобализации в США налоговая реформа не решает.

Зато создала новые проблемы, на будущее. Подогреваемый налоговыми послаблениями спрос в экономике упирался в кратко- и среднесрочные ограничения по загрузке мощностей, что типично для поздней стадии классического экономического цикла. Иными словами, новый спрос синхронно не балансировался новым предложением, а так как предложение оставалось приблизительно таким же, дополнительный спрос вызвал некоторый дополнительный рост цен.

Всё это в итоге вынудило ФРС повышать ставку чуть более агрессивно, чем на то рассчитывал рынок. К концу 2018-го эйфория поубавилась — более высокая ставка стала давить на завышенную стоимость активов, прежде всего на рынке акций, в особенности высокотехнологичных компаний. Так как рынок живёт за счёт заёмных денег, а их стоимость вслед за ставкой растёт, рано или поздно это приводит к проблемам или даже к обвалам (ситуация с FAANG напоминает так называемый пузырь dotcom, обрушение которого привело к рецессии в 2001-м).

США — Китай: торговые войны

Другой важный сюжет 2018-го, в отличие от пузыря на рынке акций, стал для мира неожиданностью. Это торговая война с Китаем. Отчасти это было выполнением предвыборных обещаний Трампа защитить американских рабочих от глобальной конкуренции. Но в 2017-м Трамп никакой особой активности по этому вопросу не проявлял, и большинству наблюдателей стало казаться, что вопрос отложен в долгий ящик. Более того, встреча весной 2017-го с президентом КНР Си Цзиньпинем прошла вроде как хорошо, и ничто, казалось бы, не предвещало туч на горизонте.

Однако в марте Трамп анонсировал введение тарифов на алюминий и сталь против Китая (и одновременно против ещё нескольких стран, которым впоследствии были предоставлены исключения). Причина внезапной активности Трампа на торговом фронте доподлинно неизвестна. Возможно, это старт предвыборной кампании 2020-го, под которую как раз надо выполнять предвыборные обещания.

Возможно, причина несколько глубже. Китай стал соперником Америки.  КНР в недалёком будущем намеревается стать сверхдержавой мира. Во всяком случае, именно так можно трактовать серию амбициозных проектов, представленных Китаем в последние годы, например, «Один пояс, один путь» и «Сделано в Китае — 2025».

От эйфории к торговым войнам

Пример того, как количество перешло в качество, — Huawei. Компания первой в мире представила мобильный процессор с отдельным блоком нейронной обработки, затем выпустила процессор с двумя такими блоками и уже находится на низком старте в деле разворачивания сетей 5G. Параллельно компания обошла Apple по объёмам продаж новых телефонов, и теперь у неё на мобильном рынке лишь один конкурент — южнокорейская Samsung.

Китай вряд ли хочет довольствоваться статусом мировой фабрики. Он продвигается в R&D и теперь производит и часто успешно экспортирует высокотехнологичные товары. За последнее десятилетие заметно выросла доля страны в экспорте таких товаров, при этом доля чисто «сборочного» китайского экспорта с высоким процентом иностранных компонентов падает. Вероятно, есть реальная опасность потери технологического превосходства на горизонте 10–15 лет. Видимо, эту перспективу осознали и в США.

Если это действительно так, то цель Америки более масштабна, чем просто выравнивание торговых дисбалансов. Не исключено, что прагматическая задача торговой войны иная — разрыв существующих цепочек производства и добавленной стоимости, которые сделали многие американские фирмы слишком зависимыми от китайской промышленности.

А конечная цель ещё важнее — сдержать экономические и политические амбиции Китая. О том, что это действительно так, говорит множество косвенных признаков, например, рост политических дискуссий в самой Америке, посвящённых природе противостояния с Китаем.

От эйфории к торговым войнам

Например, широко обсуждается недавно опубликованная книга историка Грэма Эллисона «Destined for War: Can America and China Escape. Thucydides's Trap?».

«Ловушка Фукидида» из книги — это ситуация, описанная древнегреческим историком Фукидидом в «Истории Пелопоннесской войны», когда обе стороны конфликта, Делосский союз (Афины) и Пелопонесский союз (Спарта), оказались заложниками «ловушки» — неизбежной войны, вызванной ростом афинского могущества и страхом Спарты перед усилением Афин. Другими словами, супердержавы не любят, когда кто-то посягает на их место, и кончается это, судя по историческим прецедентам, конфликтом. Так что война США с Китаем, если исходить из этой логики, закономерна. Хорошо, что только торговая. Во всяком случае, пока.

Достигнутое в начале декабря на саммите G20 в Буэнос-Айресе соглашение между КНР и США — пока не более чем довольно холодное перемирие. США согласились не увеличивать тарифы на 200 млрд долларов китайского экспорта в США в год с уже введенных 10 % до 25 % (предполагалось введение новой ставки с 1 января 2019-го). Однако их угроза сохранена, тарифы могут быть введены, если Китай не пойдёт на многочисленные уступки Америке: импорт значительного объёма американской продукции (прежде всего в области сельского хозяйства и энергетики), защита патентов и доступ американских компаний на рынок КНР.

Как видно, достигнутое перемирие очень зыбко, тем более что Пекин практически сразу после саммита испытал очередное унижение. В Канаде по запросу США за нарушение санкций против Ирана была арестована топ-менеджер Huawei Мэн Ваньчжоу, дочь основателя Huawei Жэн Жэнфэя, миллиардера и по совместительству бывшего генерала НОАК (то есть представителя высшей партийной элиты). Вообще, Huawei (так же, как и ZTE) всегда воспринималась как компания двойного назначения, выполняющая наряду с чисто коммерческими ещё и разведывательные функции (практически подразделение НОАК). И, разумеется, как и другие китайские «частные» компании, Huawei — весьма условно «частная».

Как бы то ни было, если реальной целью США является именно ослабление Китая, стоит пересмотреть перспективы роста глобальной экономики в 2019-м и далее, ведь во многом она шла вверх именно на подъёме Китая. В этом смысле 2018-й был годом Великого перелома в отношениях между США и Китаем, а 2019-й, если противостояние не ослабеет, может стать годом резкого охлаждения китайской, а значит и мировой экономики.

Китай

Готов ли к такому повороту Китай? Судя по тому, как чувствовала себя его экономика в 2018-м, — не очень.

Внешние проблемы (торговые войны с США) на текущей ситуации сказываются, как это ни парадоксально на первый взгляд, скорее, положительно. Несмотря на уже стартовавшие ограничения в отношении Китая, торговый дефицит США в торговле с Китаем в сентябре–октябре рекордно высокий. Соответственно, у Китая, наоборот, рекордный профицит в торговле с США.

Казалось бы, это прямо противоречит заявленной цели американских импортных пошлин против Китая — снижению дефицита в торговле с КНР (335 млрд долларов за 2017-й). Однако объяснение простое — китайские экспортёры пытались отгрузить в США максимум товаров до введения более жёстких тарифных ограничений с 2019-го (которые по итогам саммита G20 были отложены).

Наряду с внешними проблемами проявляются и внутренние. Внутренний рынок вряд ли сможет поддержать экономику — статистика по розничным продажам за осень оказалась слабой, слабые данные и по росту промпроизводства, и по инвестициям. В целом, если полноценного торгового соглашения с США в 2019-м не будет, экономику КНР могут ждать большие проблемы.

На рынке часто используют метафору кризиса как браконьерской рыбной ловли с помощью динамита. Как только ситуация ухудшается — тут же брюхом кверху всплывает мелкая рыбёшка. На протяжении почти всего 2018-го ситуация в мировой экономике плавно ухудшалась параллельно с ростом ставки ФРС и удорожанием долларовой ликвидности. И относительно мелкая рыба уже всплыла (Аргентина и Турция испытали жёсткий валютный кризис). Дойдёт ли очередь в 2019-м до более крупной рыбы? Возможно. Дойдёт ли дело до Китая? Тоже возможно. С другой стороны, кит такого масштаба может всплывать на поверхность годами.

Европа

Европейская «рыба» пока на поверхности не появилась. Но «динамит» в пруд, видимо, тоже брошен, хотя на сей раз скорее политический.  Стартовавшая ещё пару лет назад популистская волна («Брексит» в Великобритании, потом успех евроскептиков на парламентских выборах в Германии и Нидерландах в 2017-м и т. п.) усилилась и добралась в 2018-м до новых берегов.

В 2018-м парламентские выборы в Италии выиграли популистское «Движение 5 звёзд» и антииммигрантская «Лига». Нынешнее правительство Италии, составленное из представителей этой коалиции, бросило вызов Брюсселю, фактически отказавшись сокращать огромный госдолг страны за счёт мер бюджетной экономии. В результате зашаталась вся существующая экономическая и политическая конструкция ЕС.

В Германии тоже всё не очень хорошо. Канцлер Ангела Меркель в конце года заявила о намерении покинуть пост главы партии ХДС, но остаться канцлером до 2021-го. Возможно, ей придётся уйти раньше, ведь коалиция ХДС/ХСС стремительно теряет популярность в стране. А другая партия истеблишмента, социал-демократы СДПГ, вообще скатились на четвёртое место в рейтинге, уступая зелёным и националистической «Альтернативе для Германии». Вся послевоенная партийная система идёт вразнос. И это уже сказывается на экономике — в третьем квартале ВВП Германии неожиданно упал на 0,2 % кв/кв.

От эйфории к торговым войнам

Протесты «жёлтых жилетов» во Франции в ноябре — декабре (перекинувшиеся уже и в соседние страны) — ещё один симптом слома традиционной западной политической системы.

На улицу вышли те, кто не голосовал во втором туре президентских выборов (25 % от избирателей, рекордный уровень неявки для Пятой республики), — люди, изначально скептически настроенные к Макрону, а также разочаровавшиеся в нём.

Поддержка деятельности Макрона продолжает стремительно падать, несмотря на и без того низкие показатели ещё до начала протестов.

Меры, объявленные Макроном 10 декабря ради усмирения протестующих (повышение минимальной зарплаты на 100 евро, отмена повышения с 2019 социального взноса Contribution Sociale Généralisée и т. п.), могут привести к росту дефицита бюджета в 2019-м до 3,5 % ВВП вместо предполагавшихся ранее 2,8 %. Вообще, если посмотреть на первичный баланс бюджета (то есть без учёта уплаты процентов по долгам), фискальная политика Франции в последние годы была слабее итальянской.

Если в политике всё и дальше пойдёт в таком же духе, Европа вряд ли сможет поддержать рост мировой экономики в 2019-м.

Россия

Основные ожидаемые в 2018-м году экономические события — президентские выборы и пенсионная реформа — прошли относительно гладко.

Интрига президентских выборов, состоявшихся в марте, заключалась не столько в их итоге, сколько в формировании нового правительства. Состав последнего не преподнёс особых сюрпризов и на экономической ситуации особо не сказался — экономический и финансовый блок кабинета как был довольно сильным, так и остался.

Давно ожидавшаяся пенсионная реформа также вряд ли стала сюрпризом. Варианты последней обсуждали минимум десятилетие, и её итоговая конфигурация (повышение возраста выхода на пенсию для женщин до 60 лет, для мужчин до 65; плавный период перехода к новой шкале возрастов), в принципе, соответствовала ожиданиям экономистов. Широкие слои населения не особенно обрадовались, что, впрочем, для любой болезненной реформы предсказуемо. Возможно, правительству следовало бы чётко выделить группу приемлемых для общества бенефициаров новой системы — пожилых и инвалидов, а не только тех, кто в нынешних условиях проигрывает, то есть когорту 50-летних. Вероятно, это несколько снизило бы градус недовольства общества (что очевидно хотя бы по прошедшим осенью выборам губернаторов в ряде регионов).

Но не обошлось в 2018-м и без действительно неприятных сюрпризов. Это угроза новых жёстких санкций со стороны США. Внесённый в августе законопроект Defending American Security from Kremlin Aggression Act of 2018 (DASKAA) только одним этим фактом обвалил рубль на несколько процентов. А ведь это всего лишь законопроект, не более.

DASKAA подразумевает жёсткие санкции против российских госбанков и суверенного долга. В случае их принятия российская финансовая система окажется под очень серьёзным ударом. Этот дамоклов меч висел над российской экономикой в 2018-м. Инвесторы, опасаясь возможного запрета на операции с российским госдолгом, выходили из российских активов (ОФЗ, акций, облигаций) вообще не глядя ни на какие экономические показатели. Этот дамоклов меч будет висеть над нами и в 2019-м.

250 миллиардов. Впрочем, любой рост несырьевого экспорта — успех. Но без нефти пока никуда, увы.

Справка: несырьевой экспорт

По итогам 2018 года российский несырьевой экспорт может достичь 147 млрд долларов — на 103 млрд меньше экспорта углеводородов. Прошлый рекорд был зафиксирован в 2013 году и составил 143,5 млрд долл. Экспортные поставки росли последние два года, и в 2018 положительные результаты достигнуты в самых разных отраслях. Среди достижений, озвученных генеральным директором Российского экспортного центра Андреем Слепневым, стоит отметить рекордный уровень роста экспорта продовольствия в октябре (2,47 млрд долл.) — он превзошёл прошлый рекорд ноября 2017 г. на 0,33 млрд долларов.

Достигнет своего исторического максимума экспорт продукции лесопромышленного комплекса — ожидаемая цифра на конец года порядка 11,7 млрд долл. (в 2017 году экспорт продукции ЛПК составил 9,5 млрд долл.). Кроме того, экспорт пшеницы в этом году, по оценкам РЭЦ, почти на треть превысит прошлогодний рекорд и составит более 42 млн т. — ни одна страна мира не имела подобных показателей последние 30 лет.

Нефть в 2018-м, напротив, порадовала. Почти весь год (до середины осени) цены росли. В начале октября баррель Brent дошел до 86 долларов, то есть до максимума с ноября 2014-го. Казалось, недалеко и до заветной сотни за бочку, до сытных 2011–2014 гг. Основным драйвером роста цен на нефть в середине года стали опасения жёстких санкций США в отношении Ирана. Многие аналитики, убеждённые в воинственности Трампа, предупреждали о возможном дефиците нефти к концу 2018 года и даже о повышении барреля Brent до 100 долларов. Другим фактором роста стала неплохая динамика мировой экономики в 2018-м, в основном на стимулах прошлогодней налоговой реформы в США.

Однако к середине осени картина поменялась. И достаточно радикально. Вместо введения жёстких санкций против Ирана США достаточно неожиданно предоставили исключения для восьми крупных импортёров иранской нефти. Некоторые из них уже успели сократить её импорт до нуля ещё до введения ограничений. С другой стороны, прогнозы спроса на топливо на 2019-й также пошли вниз на фоне повышения ставок ФРС, угрозы торговой войны США и Китая, ослабления роста в Китае и ЕС. Наконец, темпы роста добычи американской сланцевой нефти осенью довольно резво ускорились.

В итоге цена сейчас ближе к 50 долл./барр. Brent, чем к сотне. Увы, если 2019-й для глобальной экономики будет достаточно мрачным, что сейчас можно считать более чем вероятным вариантом, не исключено падение нефти и до 40 долл./барр., а возможно и ниже.

Впрочем, российский бюджет к таким ценам адаптирован налоговым правилом (по факту цены выше 40 долл./барр. не сильно влияют на экономику и на курс рубля). Серьёзные проблемы возможны только в случае реально экстремальных уровней, ближе к 30 долл./барр. Остаётся надеяться, что до этого всё же не дойдёт.

В целом нефть, санкции и всё, что с этим связано, неизбежно будут главными темами российской экономики в 2019-м. Во всяком случае, предсказуемыми темами, непредсказуемые «чёрные лебеди» не в счёт. И заметим, темами, над которыми наше правительство имеет очень относительный контроль (если вообще какой-либо) — оба фактора внешние по отношению к России. Поэтому и российская экономика — это во многом отражение внешних процессов. Отсюда и возможная матрица исходов — в самом негативном варианте реализуются сразу оба риска: жёсткие санкции плюс падение цен на нефть до 30–40 долл./барр. Brent. Этот вариант грозит возможной рецессией в экономике и падением рубля до 80–90 руб./долл. Наилучший вариант — относительно высокие цены на нефть 60–70 долл./барр. Brent и смягчение ситуации с санкциями (и отсутствие всяческих неприятных «чёрных лебедей»). В этом случае стоит ожидать неплохого роста ВВП на уровне 2–3 % и даже некоторого укрепления рубля на несколько процентов.





Источник
(голосов:0)




Смотрите также: 


Похожие новости
Комментарии
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.