» » Неустойчивый суверенитет
Опубликовано : 11-07-2019, 08:05 | Категория: Новости » Неустойчивый суверенитет



Неустойчивый суверенитет

Суверенитет — классическое основание устроения общества в рамках традиционного государства. Суверенитет, т. е. полная независимость государства в его внутренних делах и в ведении внешней политики, порождает множество взаимосвязанных, экономических, политических и культурных структур.

Сегодня концепция суверенного государства подвергается критике и попыткам пересмотра в пользу кооперативов субъектов власти на новом витке развития социально-экономической системы позднего капитализма. Проблема суверенитета носит не теоретический, а практический смысл, особенно на постсоветском пространстве, являясь не только частью экономики или политики, но и сферы идеологии и идентичности.

Эта же проблема подразумевается и незримо присутствует в рамках Союзного государства России и Белоруссии.

Постсоветский суверенитет как неустойчивая конструкция

Распад СССР на независимые государства вывел проблему суверенитета бывших республик на новый уровень. Экономическая десуверенизация, спад промышленного производства, изменения структуры собственности и потребительского рынка в пользу ТНК коснулись всех без исключения стран постсоветского пространства. Разрушение собственных производственных цепочек и цепочек добавленной стоимости привело к критической зависимости от западных технологий не только в сфере высоких технологий и машиностроения, но и во вполне рядовых для прежней научно-технической базы технологиях и продукции. Причём с самого начала такая зависимость не воспринималась и не артикулировалась в политическом дискурсе и общественном сознании как проблема и угроза суверенитету. Так, центральной установкой «тучных лет» в России стало «всё купим за границей».

Проблема суверенитета усугубилась ещё и тем, что рядовой потребитель его не замечал на повседневном уровне. Наоборот, десуверенизация сопровождалась насыщением рынка иностранными потребительскими товарами, бытовой электроникой, компьютерной техникой, автомобилями, строительными материалами, продовольствием, не говоря уже о предметах роскоши.

Не случайно в сложившейся системе попытки импортозамещения свелись либо к профанации, либо к существенному снижению качества, повышению цен и, как следствие, ухудшению уровня жизни. Экономическая и культурная зависимость от центра мир-системы разделялась элитой и обществом. Категорическое исключение составлял политический суверенитет правящих классов.

Составляющие суверенитета, условия и переменные, от которых он зависит и из которых складывается, можно описать в виде треугольника: экономика, политика и идеология. Все эти составляющие распределены неравномерно, но, «потянув» за одну из сторон, можно обрушить всю фигуру.

Покушение на политический суверенитет, которое с точки зрения западного мира является следствием потери экономического суверенитета, постсоветские элиты воспринимали как нечто неестественное, как предмет для обид и повод для конфронтации, что в полной мере отразилось в пропаганде и идеологическом дискурсе последнего времени. Экономический неолиберализм прекрасно ужился с политическим и культурным консерватизмом и изоляционизмом.

Разрыв между реально занимаемым местом в мировом разделении труда и на глобальном рынке, между экономикой, политикой и идеологией, возможно, самое важное для понимания проблемы суверенности во всех её постсоветских конфигурациях — от национальных республик до федераций и объединений, от СНГ до ЕАЭС. Ещё одной проблемой стала идеологическая неустойчивость постсоветского суверенитета: с одной стороны, рост националистических сил приводил к ещё большей потере экономического суверенитета, причём под лозунгами возрождения национального величия, с другой стороны, прозападная часть общества требовала у собственных элит отказа от политического суверенитета.

Суверенитет и идентичность

Постсоветское пространство продемонстрировало, что экономическая выгода оказывается в серьёзной зависимости от сферы идеологии и идентичности. Рациональные основания легко приносятся в жертву всем видам ложного сознания, которым на практике оказывается идеология в современном мире. Идентичность показала себя той силой, которая с лёгкостью, как могло показаться через призму медиа, взламывала и разрушала устойчивые политические режимы и экономические связи. Никакие взаимовыгодные экономические отношения не смогли стать непреодолимым барьером к размежеванию. Собственно, эти же самые процессы, правда до сих пор заглушаемые, можно увидеть даже в благополучной Европе.

Десуверенизация во имя ценностей неолиберального глобализма, вхождения в этот мир стала подлинной идеологией как правящих классов, так и значительной части общества. Попытки элит защититься с помощью пропаганды и госпатриотизма от требований полного подчинения со стороны глобального центра ненамного укрепили нестабильную конструкцию, а во многих странах, например в Грузии или на Украине, приводили к обратному эффекту. Ни Россию, ни Белоруссию нельзя назвать в этом отношении «островком стабильности».

Неустойчивый суверенитет

И в Белоруссии, и в России сегодня немало сил, которые с лёгкостью отказались бы от Союзного государства и иных союзных форм отношений.

Никакие рациональные доводы о рынках сбыта, технологических цепочках, оборонных интересах не имеют в данном случае никакого влияния. Во многом такая ситуация складывается вследствие фактического отказа от культурного суверенитета. Разговоры о традиционных ценностях кажутся на этом фоне циничной декорацией процесса, который не останавливался ни на минуту.

Постсоветская идентичность подталкивается к крайностям и приобретает деструктивный характер. Одной из таких крайностей для России, и об этом следует говорить прямо, является непомерно раздутый и подогреваемый частью правящего класса и интеллектуалов империализм, с точки зрения которого та же Белоруссия рассматривается не как независимый партнёр и союзник, а как вассал. Но и в Белоруссии, как, впрочем, и в Казахстане, существует тенденция «вдруг» стать по отношению к России новой Украиной. Лишиться независимости во имя идеологических симулякров национализма или глобализма, разрушив те хрупкие связи, которые вопреки всему остались от прежней исторической общности, оказывается крайне легко, причём руками самого общества.

Союзное государство как модель реального суверенитета

Основой реального суверенитета является гармоничное сочетание всех базовых компонентов, причём в рамках более сложных систем, чем национальное государство. То же Союзное государство, несмотря на все свои противоречия и недосказанности, является источником такого суверенитета. И оно всё ещё может стать модельным примером для всего постсоветского пространства.

Вполне очевидно, что реализовать своё право на суверенитет Белоруссия объективно может только в союзе с Россией. Но такой локальный союз усиливает и суверенность самой России. Невозможно встроиться в глобальный рынок, не выстроив аналогичных цепочек производства и потребления, научных и культурных коммуникаций и просто человеческих связей с ближайшим союзником, связанным общей исторической судьбой. Другое дело, что на новом этапе истории такой союз нуждается не только в исторической легитимации, но и образе будущего. В конце концов, наличие такого привлекательного образа является преимуществом западного мира, ради которого постсоветские общества готовы с лёгкостью и по собственному желанию жертвовать своим суверенитетом.

Суверенитет предполагает серьёзный, а часто и драматический исторический выбор, от которого сегодня не может уклониться ни одно постсоветское государство. Этот сложный выбор уже сделан рядом стран, очень часто не в пользу их обществ. На этом пути Белоруссии и России следует ясно осознавать реальное мироустройство и свои интересы.



Источник
(голосов:0)




Смотрите также: 

Похожие новости
Комментарии
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.