» » Сводки от ополчения Новороссии 11.08.2014
Опубликовано : 11-08-2014, 04:05 | Категория: Новости, Политика » Сводки от ополчения Новороссии 11.08.2014



10.08.2014. Интервью с ополченцами с линии фронта.

Ополченцы. Это слово ещё полгода назад казалось навсегда ушедшим в историю. И вот оно постоянно встречается в новостных лентах. Тысячи, миллионы людей сопереживают бойцам Новороссии или даже связывают с ними свои надежды на будущее более справедливое устройство мира. Кто они, эти люди, решившиеся взять в руки оружие, ради своих убеждений?

На позиции ополченцев под станицей Луганской мы едем на «тачанке». Так назвали потрёпанную «Газель» с растрескавшимся от взрывной волны лобовым стеклом.
- Почему «тачанка»? Это – легендарная машина, - отвечает ополченец Алексей. – Мы с неё три БТРа подрезали.

Подрезали – значит, уничтожили или вывели из строя. Сила ополченцев – в мобильности. Из тех городов и посёлков Луганской народной республики, которые заняла украинская армия, местные жители сообщают о передвижении колонн бронетехники киевских войск. Миномётные расчёты срываются из Луганска, чтобы с наиболее выгодных позиций обстрелять противника. Нанеся удар, «тачанки» уносятся в безопасные места. А снаряды «укров» летят в кусты.

Впрочем, по мнению миномётчика Андрея Черноморского, дело далеко не только в мобильности:

- Когда начиналась война, никто из нас в руках миномётов не держал. Тем более – времён Великой Отечественной войны. А именно такой нам и достался поначалу. Для меткой стрельбы требуется знать специальные таблицы, где учитываются самые разные факторы вплоть до скорости ветра. Ничего этого тогда у нас не было. Нам давали направление и примерное расстояние, где находится враг. Вроде бы, стреляли наугад. Но мы изначально шли в бой за Святую Русь. Многие из ополченцев военной комендатуры станицы Луганской - люди православные. Перед ратными делами читаем молитвы. Перед тем, как выстрелить, крестим каждую мину: «Господи, на всё воля Твоя». Просим, чтобы не пострадали невинные солдатики, которых пригнали сюда нацисты. Чтобы мина нашла именно тех, кто виновен в этой бойне.
Человек неверующий может лишь ухмыльнуться… Да, но вот факты. Мы выстрелили в лес, где, по данным разведки, находился противник. Стреляли, лишь приблизительно представляя, где цель. А позднее узнали, что попали в трейлер – передвижной командный пункт с космической связью. Украинские СМИ потом трубили, что это работали крутые профессионалы из ГРУ.
Другой случай. Стреляли по блокпосту возле деревни Весёлая Тарасовка. Немного не рассчитали, попали в само село. Казалось бы, плохо, местные жители могли пострадать. А там как раз проезжал БТР украинской армии. И прямо в него угодила мина.
Теперь мы воюем уже более профессионально, выучили расчётные таблицы. Говорят, что скоро будут наш расчёт обучать стрельбе из «Града».

Линия фронта на северо-востоке от Луганска – это ряд укреплений ополченцев вдоль Северского Донца. Кое-где с помощью экскаваторов вырыты глубокие траншеи и блиндажи, замаскировано несколько БТР. Через дачные сады и огороды осторожно пробираемся к «точке» - опорному пункту ополчения на самом переднем крае. Отсюда хорошо видно на 2-3 километра вперёд. Дальние холмы затянуты дымом.

- Наши «Грады» обработали сегодня позиции «укров», - рассказывает ополченец Алексей. – Старушка там недалеко живёт, рассказывала нам, как оттуда целыми машинами, из которых торчат руки и ноги, вывозят трупы украинских военных. Своих солдат киевская власть использует как пушечное мясо. Чаще всего генералы даже не удосуживаются отдать приказ вырыть окопы. При этом официальный Киев безбожно занижает потери.

- А мне тех, которые дают себя вести, как баранов на убой, не жаль, - резко отвечает ополченец Ярослав. – У кого голова есть, давно могли бы оружие против Киева повернуть или к нам перейти. У нас в отряде есть ополченец – 20-летний лейтенант украинской армии. В Днепропетровске его мобилизовали, а он при первой возможности ушёл к нам.

Война на всех откладывает свой отпечаток. Поэтому нередко от ополченцев можно слышать жёсткие, подчас жестокие слова.

- Бывает, вернёшься с позиций в Луганск. А там во дворе сидят «синяки», пиво сосут: «Ну что солдат, скоро мы бандеровцев от Луганска погоним»? В в эту минуту хочется шмальнуть из автомата им под ноги, - рассказывает ополченец Доцент, - тоже мне, мужики, ничего кроме бутылки в руках держать не умеют, что ли?!

- Как-то незаметно всё начиналось. Сначала с палками брали СБУ в Луганске, потом автоматы нам раздали. А теперь уже без войны трудно себе жизнь представить. Когда долго нет приказа идти на задание, мы тут томиться начинаем, бывает, друг на друга срываемся, - рассказывает молодой ополченец Ворон. – Теперь после войны у меня два пути: либо в священники пойду, либо в наёмники.

В наш разговор врывается противный, хорошо знакомый по Луганску визг. Начинается миномётный обстрел. Бьют сразу с двух сторон. Это называется – взяли в клещи. Мы сидим в глубокой, выше человеческого роста траншее, под защитой бетонной плиты сверху. Здесь есть, может быть, обманчивое ощущение безопасности. Наверно, дело ещё в спокойствии ополченцев.

- Бывает, «Градами» нас обрабатывают «укры», всё трясётся кругом, а мы спим в укрытиях, привыкли, - рассказывает Ярослав, когда обстрел стихает.

- Там, где нормально позиции оборудованы, потери у нас минимальные, - соглашается ополченец Алексей, - даже на фронте у посёлка Металлист, где, можно сказать, наш луганский «Сталинград», после мощных обстрелов из тяжёлых орудий, как правило, один-два раненых.
Сам Алексей несколько недель назад был ранен под Металлистом и получил в качестве компенсации 8 тысяч гривен от ЛНР. Единственные деньги, которые ему заплатили за вот уже 3 месяца войны.

После обстрела я напрашиваюсь с небольшой группой разведки пройти до реки. Там на лодках не раз уже замечали нескольких человек. Скорей всего, обычные браконьеры, но надо проверить. В какой-то момент я отстаю от группы разведчиков, сворачиваю в какой-то переулок сфотографировать разбомбленную дачу. Вдруг прямо под ногами у меня раздаётся сильный писк, а затем – резкий хлопок. Оказывается, я задел протянутую через дорогу проволоку, соединённую с сигнальной ракетой и таким образом «рассекретил» наш отряд.

- Алексей, здесь – передовая. Без сопровождающих нигде ходить нельзя. Вам ещё повезло, могли на настоящую мину нарваться, - выговаривает мне ополченец.
Разведку решено перенести на завтра.

Ополченцы - люди очень разные и одновременно сплочённые. Простоватый парень по прозвищу Кубань, которому поручили противотанковое ружьё 1942 года выпуска, и вполне себе интеллектуал Норманн, православный ополченец Херсон. У каждого своя история, после которой он сделал судьбоносный для себя выбор, став ополченцем. Херсон, например, работал охранником в храме. Храм принадлежал Украинской православной церкви Московского патриархата. Его настоятелю члены «Правого сектора» не раз угрожали, требуя перейти под начало раскольничьего Киевского «патриархата». В конце концов, «правосеки» храм сожгли.

- У нас всего несколько десятков нацистов держат в страхе весь город. Милиция сдаёт им всех, кто не согласен с нынешней властью в Киеве. Хотя больше половины жителей сочувствуют восставшему Донбассу, открыто выражать поддержку никто не решается, - рассказывает Херсон. Именно поджог храма стал детонатором, взорвавшим его терпение. Он вступил в ополчение и теперь мечтает, что удастся не только отстоять Луганск, но и освободить от нацистов родной город и всю Украину.

Не раз можно было слышать от ополченцев, что они не сложат оружие, пока не возьмут Киев и Львов. Причём это было не показное бахвальство. Эти люди уверены в правоте своего дела и не собираются сдаваться.

- Когда украинские каратели жгут хлеба, когда я слышу рассказы, о том, как они стреляют по окнам, откуда мирные жители вывесили белые простыни, как это было 1 августа в Дебальцево, у меня возникают чёткие исторические ассоциации, - рассказывает Ярослав. – Что я скажу сыну, если допущу, что в мой Луганск придут нацисты и будут указывать нам, как жить?

- Иногда кажется, что всё это не из нашей жизни, - говорит 25 летний парень Сергей. – Кто бы мне год назад сказал, что придётся взяться за оружие… Но другого выхода нет. На нашу землю пришли, убивают людей, наших родных, и ещё учат нас жить.

Так думают многие в Луганске. И чем больше людей гибнет под обстрелами, тем больше число тех, кто готов мстить карателям за погибших родных и встать на защиту своей земли.



11.08.14. Сообщение от ополченцев.

"Луганский священник Владимир Креслянский погиб от бандеровской бомбы, возвращаясь с богослужения. Он не бежал. Он остался с прихожанами. И вместе с ними принял мученическую смерть от украинствующих сатанистов. Мы верим, что еще одинисповедник вошёл в дом Божий, где прибудет с Сергием Радонежским и другими пастырями Земли Русской, веками разделявшими судьбу своего народа.
"Господь - Пастырь мой и я не буду ни в чём нуждаться: Он упокоит меня на хлебородных полях Своих и проведёт меня тихими водами Своими, укрепит душу мою и направит меня на стези праведные во имя Своё. И если я пойду долиною смертной тени, не убоюсь я зла, потому что Господь со мной..."



11.08.14. 01:50 мск. Сообщение от Прохорова.

"У погранперехода "Успенка" (оккупированный карателями Амвросиевский район ДНР) на фугасе РДГ подорвали машину с укровскими погранцами. В 00:02 Над Молодогвардейском (ЛНР) где-то в 21.30 подбили самолет укров. К сожалению - ушел."
(голосов:0)




Смотрите также: 

Похожие новости
Комментарии
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.